«Что я могу ребенку пообещать, если нет льда». стал ли шорт-трек национальным видом спорта?

Владислав Воронин изучил, как победы Виктора Ана в Сочи повлияли на школы шорт-трека по всей России.

«Что я могу ребенку пообещать, если нет льда». стал ли шорт-трек национальным видом спорта?

21 февраля прошлого года слово «шорт-трек» звучало в каждой квартире России и открывало все выпуски новостей (хорошее было время). Тогда Виктор Ан меньше чем за час домчал до двух золотых олимпийских медалей и, кажется, использовал единственный шанс вывести свой вид спорта из подвала, показать его всей стране.

Теперь более-менее все знают, что шорт-трек – это про быстрые коньки, а не про лыжи или винтовки.

В Починковском районе Смоленской области этот день помнят особенно хорошо. Воспитанники местной коррекционной школы-интерната тогда столпились у телевизора.

Когда закончилась вторая золотая гонка, все мечтали кататься как Ан.

«В России гораздо лучше – корейцы мне завидуют». Как Виктор Ан стал одним из нас

– Мы с детьми посидели, поговорили, решили, что нам тоже надо этим делом заняться. Дети очень болели за Виктора Ана, – вспоминает директор школы-интерната Игорь Чепурышкин. – У нас ведь давняя история с обычными коньками: мы с детьми занимались на болоте зимой.

Вообще любим зимние виды, на коньках у нас все малыши стоят. Приезжают друзья, у которых дети вырастают, нам коньки привозят.

Дети-инвалиды у нас как-то привезли две золотых и одну серебряную медали из Нагано, когда там проходили соревнования. Они занимались на болоте, а потом за два месяца до турнира ездили к тренеру.

Недавно болото около школы пересохло, и заниматься стало негде. Тогда на сэкономленные деньги было решено купить каток – обычную коробку 20 на 10 метров, которую нужно заливать водой.

Это обошлось в 100 тысяч рублей, но для шорт-трека пришлось покупать еще две пары специальных коньков. Больше интернат не мог себе позволить из-за высокой стоимости экипировки.

– Каток купили, привезли, поставили. Только зальем – и плюс на улице. Снова зальем – снова плюс. Такая зима плохая, никак не можем покататься, – продолжает директор. – Хорошо, что у нас есть возможность приезжать в академию с крытым катком – будем ездить и весной, и чуть-чуть летом, будем наконец учиться шорт-треку.

У нас две пары коньков – значит, дети будут заниматься по очереди. Шорт-трек – это же особый вид, тут надо уверенно стоять на коньках. Будут отбирать наиболее устойчивых детей. Самое главное – все это отвлекает от плохих мыслей, курения, спиртного.

Дети заняты, и это хорошо.

***

На самом деле, Ан не единственный вдохновитель российского шорт-трека. В Санкт-Петербурге особенно любят 17-летнюю Софью Просвирнову, которая уже успела стать чемпионкой Европы.

Софья примерила ботинки с длинными лезвиями несколько лет назад, когда бросила фигурное катание. Тренеры даже говорят, что с нее началось возрождение шорт-трека в Питере.

– Когда Просвирнова попала в сборную, тем более в олимпийскую, нас постоянно стали показывать, о нас заговорили, – отмечает тренер школы “Олимпийские надежды” Диана Машковцева. – Родители тех же фигуристов стали подходить и спрашивать про наш спорт. С именем Софьи связан бум шорт-трека в Петербурге.

После Олимпиады интерес, естественно, увеличился. Дети сюда до сих пор идут – не просто на каток, а конкретно в шорт-трек.

Раньше такого понимания, что это за спорт, не было. Просто приходили дети, не умеющие кататься.

Теперь некоторые даже переходят к нам из хоккея, фигурного катания.

«За олимпийскую бронзу нам заплатили 800 долларов». Как Россия выиграла самую неожиданную зимнюю медаль

По словам тренера школы «Москвич» Юрия Петрова, это нормальная практика: две фигуристки за 2-3 месяца работы с ним получили первый взрослый разряд. «На самом деле, многие фигуристы не знают, что можно перейти в шорт-трек и добиться довольно быстрых результатов, надо доносить до них это. Много пропадает ребят, кому не светит сборная по фигурному катанию.

А шорт-трек – это шанс продолжить карьеру. С хоккеистами, правда, сложнее», – отмечает Петров.

Calling All Cars: The General Kills at Dawn / The Shanghai Jester / Sands of the Desert


Сейчас в питерской школе занимаются около 300 человек – до Олимпиады было почти в два раза меньше. Из-за этого пришлось делить время на льду: иногда с разными группами работают по 2-3 тренера одновременно.

С увеличением интереса ужесточился и отбор: новичков, которые совсем не умеют кататься, в школу не принимают. Сначала нужно научиться, а потом приходить на тестирование.

– Пока те, кто пришел после Олимпиады, все с нами. Никто не ушел, – продолжает Машковцева. – Фигуристов и хоккеистов переучиваем в плане техники.

Не у всех получается, здесь уже природное ощущение скольжения играет роль.

Начинать в шорт-треке разрешают на любых коньках. Впоследствии те, кто заинтересован в росте, покупают экипировку, на которую хватит денег.

Более сильным воспитанникам может помочь школа, но в основном все затраты ложатся на родителей. Из-за курса валют цены на детские коньки подскочили уже до 10 тысяч рублей, комбинезоны стоят 6500.

Профессиональные коньки оцениваются примерно в 100 тысяч рублей.

Кататься как Ан – дорого.

«Что я могу ребенку пообещать, если нет льда». стал ли шорт-трек национальным видом спорта?

***

Еще до Олимпиады, словно опережая тренды, шорт-трек стали развивать в Челябинске. Местная школа имени Лидии Скобликовой в 2011-м начала сотрудничать с китайским тренером Ю Дайхэ.

Китаец берется уже за подготовленных спортсменов: раньше 12 лет к нему никак не попасть, также надо получить второй спортивный разряд. Говорят, это того стоит: из группы Дайхэ 5 человек попали в молодежную сборную.

– После Олимпиады в коньки приток был больше, но и в шорт-трек дети тоже записывались. Просто шорт-трек – это новый вид спорта для России, он не так развит, как конькобежный, – объясняет директор школы Нина Соловьева. – Даже после Олимпиады далеко не все о нем знают, основная масса детей просто идет в коньки.

Если дети будут набираться, группы по шорт-треку увеличатся. Они и сейчас больше, чем несколько лет назад.

Это не только в Челябинске – везде такая тенденция. Три года назад было 40-50 занимающихся, сейчас – 80.

Когда в челябинскую школу активно пошли новые дети, там наняли молодого тренера – 21-летнего Никиту Панасюка, который еще продолжает спортивную карьеру, но уже хочет развивать тренерскую. Утром он сначала занимается шорт-треком сам, потом тренирует детей, вечером – в обратном порядке.

– Я занимался в Екатеринбурге, но мне предложили переехать в Челябинск. Потом уже директор школы предложил начать тренировать, – рассказывает Никита. – Занимаюсь в основном с детьми 7-10 лет, но есть и ребята младше.

Недавно пришел 4-летний ребенок. Мы его приняли, мы всех принимаем.

Льда при этом хватает: катаемся с 8.00 до 11.00 и с 14.00 до 18.00.

4-летних детей раньше категорически не подпускали к секциям шорт-трека и коньков, но сейчас малышам всегда можно дать специальные санки, за которые удобно держаться в первое время обучения, чтобы не падать.

– Интерес, конечно, сильно вырос. В Екатеринбурге мало кто приходил, а сейчас родители постоянно появляются, хотят, чтобы их дети бегали как Ан.

***

В России до сих пор нет города, который ответственно взвалил бы на себя звание главного центра шорт-трека. В Твери растят бойкую молодежь тренеры Антон Симон и Сергей Сипливый, которые в свое время приехали из Украины, а теперь с радостью собирают медали на детских российских соревнованиях.

В Коломне давно работает целый ледовый центр. В Калининграде министр спорта говорил о том, что шорт-трек должен стать «приоритетным видом».

Секция шорт-трека возникла даже на Сахалине, а в Якутске детей обучает китаец Цай Хай Фен.

Самое открытое стремление к лидерству демонстрирует Уфа. После Олимпиады президент Башкортостана Рустэм Хамитов дал поручение в течение двух лет достроить в Уфе центр шорт-трека.

Это будет ледовый дворец с трибунами на 1500 зрителей и стоимостью 480 миллионов рублей.

«Что я могу ребенку пообещать, если нет льда». стал ли шорт-трек национальным видом спорта?

– После введения нового центра количество наших воспитанников увеличится раза в три, – сказал Евгений Мельчаков, директор уфимской школы, для которой и строится новый центр. – Там будут все условия: температура чуть ниже, чем на хоккейном льду, установят специализированные маты для шорт-трека. Так что больше никаких хоккейных бортов не будет.

После Олимпиады занимающихся шорт-треком в Уфе стало на 100 человек больше (сейчас – 260). Это случилось благодаря тому, что школе предоставили ледовую арену. Сразу увеличилось количество тренеров и разных занятий.

Но стать столицей российского шорт-трека без нового центра Уфе пока все равно невозможно.

***

Было бы глупо думать, что шорт-трек везде развивается плавно и аккуратно. Даже президент Союза конькобежцев России Алексей Кравцов как-то обозначил основную проблему развития: «Пока мало в России мест, где есть реальные возможности для занятий шорт-треком.

Не хватает катков. Если построить комплекс еще можно, то вот отдать его под шорт-трек, а не под хоккей или фигурное или массовое катание – намного сложнее».

Сейчас шорт-трек в 99 процентах случаев живет как дополнение к основным ледовым секциям – фигурному катанию и хоккею. Вытеснить самые популярные зимние виды из дворцов просто невозможно: шорт-треку всегда давали и будут давать минимальное время, если это, конечно, не самостоятельная школа.

Каток только для шорт-трека всегда делается без бортиков, к которым привыкли в фигурном катании и хоккее. А незагруженный ледовый дворец никому не нужен, поэтому такие почти и не строят.

По подсчетам тренера школы «Москвич» Юрия Петрова, из более чем 40 московских катков шорт-треком заняты только 5, из них 4 – в узких промежутках между фигурным катанием и хоккеем. Петров тренирует детей в «Москвиче» по три раза в неделю.

Чтобы выйти из положения, он иногда проводит по две тренировки на другом льду. Но ездить получается не у всех воспитанников.

– Внимания со стороны чиновников пока особо не заметно. Шорт-трек не в фаворе, – отмечает Петров. – В Москве даже есть проблемы с финансированием: денег нет, из-за этого не проводится первенство Москвы по возрастам, мы проводим только встречи между школами.

Хотя интерес у детей появился. В этом году я набирал группу, и дети сами приходили, не надо было за ними в школу идти, как раньше.

Сейчас в группе порядка 20 человек.

«Что я могу ребенку пообещать, если нет льда». стал ли шорт-трек национальным видом спорта?

В Омске ситуация еще более удручающая: дети активно идут в шорт-трек, но практически не задерживаются в секции, потому что не видят никаких перспектив. Эмоциональный монолог тренера Елены Тищенко объясняет, почему все так плохо:

«Я уже это назвала ановским призывом: дети пошли толпой, десятками. Но дело в том, что у нас нет условий для развития шорт-трека. Эти же дети толпой уходят.

На ледовой базе, где мы катались более 20 лет, сейчас проходят игры волейбольной команды «Омичка». Лед закрывается на длительное время. Дети приходят покататься, а льда нет, им становится неинтересно. Вот такая беда в городе.

Это единственная школа на весь миллионный город. Катков много, но там коньки, там фигурное катание – а именно для шорт-трека одна база.

Наше доблестное руководство совместило два совершенно разных вида спорта в одном месте, и крайним оказался шорт-трек.

Родители вели даже маленьких детей, по 5 лет. Начинали и их брать, хотя никогда так не делали. Но мы неделю катаемся, а потом еще неделю в лучшем случае, если не больше, не катаемся.

Очень мало кто остается, всего сейчас в секции в лучшем случае 60-70 человек, то есть примерно столько же, сколько до Олимпиады.

Мы не можем детей сохранить в секции. Что я могу ребенку пообещать, к каким соревнованиям подготовить, если льда нет? У нас был чемпионат России, было 16 дней на подготовку: 8 дней мы не катались, потому что был волейбол. Что можно сделать за оставшиеся 8 дней? Дети все понимают.

Какое-то время мы их учим кататься, но потом они уходят, потому что понимают – у нас нет перспективы. Вот так безрадостно.

А когда-то в Омске была сильнейшая школа, у нас были чемпионы Европы, чемпионы СССР и России.

Решение о совмещении нашей площадки с волейбольной принимали бывший губернатор Полежаев и бывший министр спорта Шелпаков. Губернатор сменился, есть новый министр спорта Фабрициус, но ничего не меняется. Детей просто выбросили на улицу. Они не нужны никому.

И шорт-трек в Омске не нужен никому. Хотя министр сказал, что нам шорт-трек нужен и его будут развивать, но это пустые слова на сегодня.

Слова не пропускают в эфир никуда. У нас даже был разговор с журналистами омского канала. Я сказала: девочки, то, что вы хотите услышать, я вам не скажу, потому что это неправда. А то, что я вам скажу, у вас не пропустят.

Я рассказала, они покивали и ушли.

Школа находится в областном подчинении, а все катки строятся из городского бюджета. Но нам туда дорога заказана, потому что строят под своих.

Вот так. А на областной базе лед застилают волейбольным покрытием, мы на улице в лучшем случае бегаем, если погода позволяет.

Потом приезжаем с опущенными головами на соревнования и проигрываем практически всё. Инвентарь у нас при этом в школе есть, ни за что деньги не берем.

Но глаза все равно опускаем, потому что знаем: сегодня лед есть, а завтра – нет».

Шорт-трек растет удивительно быстро, но с национальными видами спорта его пока сближает только одно: он тоже невыносимо сильно зависит от воли политиков.

Есть отмашка – будет школа. Нет – лед увидите по скупому расписанию, как в Омске.

Фото: РИА Новости/Максим Богодвид; swim23.ru (2,3); РИА Новости/Владимир Астапкович

Читать о спорте еще…

Читайте также: