Евгений рымарев: если играть в вхл, то лучше в своем городе, в своей команде

Евгений рымарев: если играть в вхл, то лучше в своем городе, в своей команде

Нападающий усть-каменогорского Торпедо Евгений Рымарев является обладателем разного рода наград.
В свое время он стал серебряным призером чемпионата Казахстана, чемпионом Азиатских игр, серебряным призером Универсиады и других.

А сколько раз он становился лучшим снайпером и лучшим нападающим не только в клубе, в котором играл, но и в сборных – юниорской, молодежной и взрослой. Вот уже 13 лет Евгений играет за сборную, однако главного трофея – кубка ВХЛ – у него до сих пор нет.

В специальной рубрике Лицо ВХЛ Евгений рассказал о своей жизни и карьере.


— Евгений, как же вы попали в хоккей?

— В хоккейную секцию в шесть лет меня привели мама с бабушкой. У меня мама фанат хоккея, так что в основном это было ее решение.

Получается, что меня записали в секцию, и я оттуда сразу пошел на школьную линейку.

— Какие трудности были, когда ходили в хоккейную секцию?

Торпедо (Усть-Каменогорск) — Ижсталь (Ижевск)


— Когда тренировки были в семь утра, я постоянно просыпал, и тренер частенько меня за это ругал. Помню, один раз проспал и не успел на первый трамвай в 6.10, так пришлось бежать семь остановок, чтобы на другой путь попасть.

— В нападении сразу играть стали?

— Да. Я был невысокого роста, и мой первый тренер Сергей Васильевич Старыгин определил меня в нападение. Мне нравилось играть в этом амплуа, и я даже во вратари не хотел, куда так все рвутся в детстве.

С моим другом по году вратарем Андреем Ляпуновым мы частенько менялись формой, и я мог поиграть в воротах. Во взрослой команде на тренировках перед Новым годом я тоже часто играл в воротах.

Так что вратарский опыт у меня есть (смеется).

— Клюшку свою первую сломанную помните?

— Нет, не помню. Я играл еще деревянными клюшками. Приходилось чинить, когда ломались.

Возможности приобрести новую не было. Тяжело было с этими клюшками. От пера ничего не оставалось, а другой-то не было, приходилось такой играть. Форма еще у нас в дефиците была.

Когда доставали форму старую и бэушную, радости столько было. Вот стали выпускать клюшки вставные, дядя мне подарил две таких. Счастью, конечно, не было предела, но клюшки оказались не моего хвата – праворукие.

Одну новую праворукую клюшку я подарил своему другу Саше Герасимову. Он ей поиграл немного, а потом в поездке на часы поменял (смеется).

Уж очень ему понравились часы.

— В 17 лет впервые оказываетесь в юниорской сборной Казахстана. Помните вообще свое первое выступление таком серьезном турнире?

— Этот турнир прошел не так ярко для нас, поэтому я особо ничего не помню. Ребята в сборной все были из одного города – Усть-Каменогорска.

Отличный был турнир, но по матчам и накалу страстей не вспомню, что там было.

— Вы неоднократно привлекались в национальную команду. Чувствовали, что росли на этих международных турнирах в сборной?

— Безусловно, так и было. На таких турнирах получаешь колоссальный опыт. Приезжают сильнейшие ребята из своих стран и можно что-то у них подсмотреть.

В копилочку к опыту большой плюс после таких чемпионатов.
— У вас таких 13 плюсиков. Вы уже целых 13 лет выступаете за национальную команду Казахстана. Последний раз вас привлекали в сборную в 2016 году.

Почему в 2017-м не удалось попасть?

— О, я даже не знал, что уже тринадцать лет. У нас там был плей-офф в чемпионате, мы дошли до финала. Национальная команда уже улетела в это время и проходила подготовку. Тренер решил меня не привлекать в сборную – это его решение.

Конечно, хотелось бы поиграть, но посчитали, что без нас справятся.

— Вы даже проходили отбор на Олимпийские Игры в 2009-м…

— Да, было и такое. Но вот чем-то там не понравился и не прошел.

— На юношеских и молодежных чемпионатах вы были звездой. На взрослых турнирах проявить себя было трудно?

— Конечно, трудно. На таких турнирах собраны сильнейшие игроки. Там серьезная конкуренция.

Я всегда старался играть хорошо, чтобы получалось больше очков заработать и команде помочь. На молодежных турнирах ты лидер, потому что ты и в большинстве играешь, а вот на взрослом пока не удавалось так поиграть.

— Вы долгое время выступали за Казцинк-Торпедо (Усть-Каменогорск). Не хотелось сменить команду или в родном городе всегда хотели играть?

— Конечно, хотел играть в родном городе. Если брать туже Сарыарку, она играет в одной лиге, а мне хотелось еще и в КХЛ поиграть.

— Вас судьба заносила в Сарыарку. Вы же там половину сезона провели…

— Торпедо не попадало в плей-офф, и Сарыарка пригласила меня поиграть за них. Но потом я обратно вернулся в Усть-Каменогорск, потому что и Сарыарка и Торпедо в ВХЛ, так что лучше играть за свой родной клуб в своем родном городе.

— В декабре 2007 года вы стали лучшим снайпером чемпионата мира среди молодежи в группе А. Там же вы установили рекорд по количеству шайб, заброшенных в течение одного матча — четыре. Помните этот чемпионат?

— Этот чемпионат, конечно, помню. Я тогда в одном матче датчанам забросил четыре шайбы. Сборная Казахстана закрепилась и осталась в группе А. То есть мы не покинули элиту. Я никакую звезду тогда не поймал. У нас был хороший состав, играли неплохо.

Партнеры выводили, а я почти в пустые ворота забивал.

— Сейчас с кем-нибудь из ребят из той сборной общаетесь?

— Не так много тех ребят осталось в хоккее. Кто-то в Казахстанской лиге играет, кто-то вообще ушел из хоккея.

Летом видимся с некоторыми, общаемся.

— Шайбу Бобровскому забросили на том же чемпионате мира?

— Да, но после этого чемпионата у меня была профессиональная цель – забросить еще пару шайб Бобровскому. И вот на чемпионате мира в Москве я выполнил поставленную задачу.

Сборная Казахстана играла 5 на 4, Рома Старченко бросал, шайба отскочила ко мне, а вратарь в этот момент чуть выкатился вперед, и я ему бросил, шайба в ногу угадила, и она от нее в ворота залетела. Эпичный был момент.

— Удивлены, что кто-то из той сборной довольно большого прогресса добился, а кто-то застопорился в развитии?

— Особо я не удивлен. Так бывает, что у кого-то дела в гору идут после чемпионата мира, а кто-то перестает играть из-за учебы или из-за здоровья, например.

— Как-то Никита Кучеров говорил, что он запоминает каждую свою шайбу. А вы?

— У меня их, конечно, не так много, как у него, но я все равно каждую не помню. Есть какие-то определенные голы, которые запоминаются.

После чемпионата мира 2008-го на следующий сезон вас пригласили в состав столичного Барыса. Для вас такое приглашение тогда стало ожидаемым?

— Неожиданно было, что позвали, да и что я играть в КХЛ буду. Как-то все это быстро случилось.

На сборах в мне молодому пацану было тяжело. Там все было по-другому, но я привыкал.

Помню, руки от штанги не сгибались, но потом свыкся.
— Вам 19 лет было, когда вас в КХЛ пригласили играть. Не страшно было то?
— Переживания были по поводу того, как и что дальше будет.
— Свой первый матч в КХЛ помните?
— Да, Барыс играл с Казанью.

Свою первую шайбу я в ворота АК Барса отправил. После забитого гола адреналин был бешеный.

Я минут десять сидел и понять не мог, что происходит, и где я нахожусь.

— В 19 лет вы провели свой первый сезон в КХЛ, в сборную постоянно привлекались, в какой бы клуб не приходили, то сразу же возглавляли первую строчку в статистике. Голову не вскружили такие достижения?

— Ничего такого не было. Я особо об этом не думал. Не зазвездился, не зазнался.

Это от человека зависит, как он воспринимает происходящее с ними.

— Вы семь лет провели в Барысе. Какой сезон можете выделить?
— Последний сезон был неплохим, но меня опять отправили в Торпедо. Тренеру что-то не понравилось. В последнем сезоне за Барыс было хорошее игровое время, да и партнеры здорово помогали.

С Ромой Старченко играл, с которым вместе за сборную выступали. С этого года я решил окончательно начать в Торпедо.

Я подписал контракт и полностью принадлежу усть-каменогорскому клубу.

— Вы же играли с такими хоккейными мэтрами как Алексей Морозов, Яромир Ягр, Алексей Яшин. Как вообще с ними игралось?

— Это действительно здорово, когда такие профессионалы на льду. Приятно наблюдать за их игрой.

Я только со стороны наблюдал, как они играют. Лично я не знаком с ними.

Вы также играли с Кевином Даллмэном и Брендоном Боченски. Что почерпнули у этих ребят?

— Смотрел, как ребята готовятся, настраиваются на игру. Мы вместе тренировались, поэтому я подчеркивал что-то для себя, глядя на их игру.

— На каком языке с ними общались?

— На ломанном английском и с переводчиком. В нашей каморке, где мы вместе переодевались, у нас лист был, на котором мы писали русские и английские слова – так учили языки.

— А вы вообще казахский язык знаете?

— Не особо. Я же вообще не казах, я русский с казахстанским гражданством.

— Это правда, что болельщики Барыса прозвали вас Ракетой? За что?

— Да, правда. Так меня прозвали за скорость. Я не обижался на это.

Болельщики так называли, и в этом ничего страшного нет.

— Так, а сейчас вы кто?

— (смеется) Сейчас нет никакого прозвища.

— Не было возможности податься в клуб КХЛ в Россию?

— Я ж легионер. С казахстанским паспортом не возьмут в российские клубы, чтобы не занимал место легионера.

— А в Казахстанской хоккейной лиге же играли?

— За Барыс -2 я играл в этой лиге. По уровню она, конечно, ниже ВХЛ, да и команд там не так много, как в вышке.

— Вы знаете, если смотреть на ваши достижения за всю вашу игровую карьеру, то боюсь, мне не хватит времени, чтобы их все перечислить. Давайте так, какая награда вам труднее всего досталась и запомнилась больше всего?

— Больше всего запомнилось серебро чемпионата Казахстана. Я тогда играл в команде Барыс-2. За выход в финал у нас была игра с Сарыаркой, помню, мы повели в серии 3:2, но нам аннулировали последнюю игру.

У одного из наших игроков была дисквалификация, и он не должен был выходить на матч, а вышел. Мы в той серии много сил отдали.

И когда вышли в финал, уже не было не сил, не эмоций, и мы проиграли в серии 4:0. Тогда Бибарыс занял первое место, а мы второе.

— А из международных? Наверно, золото на Азиатских играх больше всего помните?

— На этом турнире были легкие игры, мы обыгрывали соперников с большим превосходством. Помню только, что с японцами немного потягались, там счет 4:2 был. Я бы отметил Универсиаду в 2013-м, где мы серебро взяли. Мы в подгруппе канадцев обыграли.

У нас была замечательная команда тогда. Обыграли кленовых, и думали, что в финале с ними легко справимся, но вышло все иначе. У нас тренеров удалили в финале. Судьи в одну сторону свистели – мы в меньшинстве много играли. Жесткий был матч по накалу, много драк было.

Мы проиграли 7:2, но бой дали достойный.

— Вы видите себя на льду в 38 лет, как Марков или в 45 как Ягр?

— Если честно, я об этом не задумывался. Хотелось бы подольше поиграть.

Много нюансов: как здоровье будет, буду ли я успевать за молодыми. Не хочу загадывать сейчас.

— У вас была мечта в НХЛ уехать. Не поступало вам предложения?

— Пока нет, думаю, лет через пять точно позовут (смеется). Каждый игрок хочет попробовать себя в НХЛ.

Кому-то выпадает такой шанс, кому-то нет.

— Вы уже стабильно проводите третий сезон в Торпедо. Это преданность родному клубу?

— Я считаю, что если играть в ВХЛ, то лучше в своем городе, в своей команде. Здесь хорошие условия, всех знаешь.

Какой смысл куда-то ехать, да и с казахстанским паспортом не просто попасть в российские клубы.

— В этом сезоне вы опять среди лидеров в командной статистике – один из лучших бомбардиров. В чем секрет?

— Хорошие партнеры. А так у меня ничего не изменилось в тренировочном процессе.

Просто пораньше начинаю готовиться к сезону, а в остальном все по плану.

— Похоже форму вы терять не собираетесь?

— Пока нет точно.

— Образование уже есть у вас?

— Я отучился в КАСУ на хоккейного тренера.

— Себя вообще видите хоккейным тренером?

— Хочется с детьми работать, чему-то их учить. Если в будущее смотреть, я бы хотел быть детским тренером.

— С Александром Шином вы хорошие друзья. Говорят, когда один из вас заболел и не вышел на лед, второй потерялся.

Неужели вы так друг от друга зависимы?

— Тренеры хотят, чтобы мы вместе играли. Нет, я бы не сказал, что мы зависимы друг от друга. Конечно, когда хоккеисты в жизни лучшие друзья, на льду это видно. Много вместе общаемся, семьями дружим – отсюда взаимопонимание хорошее.

Ты уже знаешь, куда твой друг поедет, куда может отдать. Когда долго играешь, начинаешь понимать с полуслова.

— У вас столько достижений на разных уровнях, а вот главного трофея Высшей лиги нет. В этом безоговорочно надо брать?

— Что-то никак не получается взять главный трофей ВХЛ. В прошлом году были так близки к Братине, в этом точно надо брать.

Но тяжело будет.

— Большинство хоккеистов рубятся в приставку, вы тоже этим занимаетесь?

— На сборах играем, потому что там есть свободное время вечером. Из номера никуда не выходим и иногда играем в приставку.

Я выигрываю, конечно.

— Молодежи мастер-класс даете?

— Сейчас такая молодежь, что их не обыграешь (улыбается).

— Бывали в США?

— Так далеко не ездил. С детьми не очень хочется в такую даль ехать.

— Где отпуск предпочитаете проводить?

— У меня друг в Дубае, поэтому предпочитаем отдых там проводить.

— Артемий Панарин любит в походы ходить, кто-то на рыбалку, а вы?

— Я не особо люблю походы и рыбалку. В футбол играю для себя, с семьей время провожу, еще в теннис большой играю.

— Вы семейный человек? То есть в ночном клубе вас не встретить?

— Уже не встретить. Раньше мог себе позволить такое. Сейчас мне это уже неинтересно.

У меня сын Александр (5 лет) и дочка Ева (3 года).

— У них как раз хоккейный возраст…

— Потихоньку сына водим на хоккей — раз или два в неделю. Он ходит на мои игры, болеет, переживает.

Сыну еще рано в хоккей, пусть насладиться детством. Я бы хотел отдать сына в хоккей, но позже.

Дочку в хоккей точно не отдадим, это сразу отпало.

Читать о спорте еще…

Читайте также: