Ивананс: кхл заочно знают по ребятам из «витязя»

Ивананс: кхл заочно знают по ребятам из "витязя"

В разгар межсезонья мы поболтали по душам с алмазным кулаком рижского Динамо, бывшим игроком Лос-Анджелеса Райтисом Иванансом. Надо ли говорить о том, насколько безукоризненно замечательное впечатление оставил о себе этот человек?

Эксклюзивное интервью – на Allhockey.ru.

– Начнем с того, что ты был маленьким и…

– И мне нравился футбол с настольным теннисом! А с хоккеем, знаешь, все как-то быстро вышло: в семь лет стал тренироваться, что-то пытаться придумать вместе с ребятами моего 1979-го года.

Я и своего первого тренера помню, Женю Ринкевича. То детское время запомнилось очень хорошо, ведь когда утро начинается с тренировок, а затем с теми же ребятами ты идешь в школу к 10.00, упустить что-то интересное было невозможно.

Кстати говоря, учителя мне очень помогали, шли навстречу, хотя учился я, мягко говоря, плохо. Вся подростковая жизнь – это общение, тренировки со своими одногодками.

Конечно, возвращался домой я очень поздно, а утром все начиналось сначала.

– А за кого болел в НХЛ? Была же любимая команда?

– Вот это вопрос! У нас ведь Сандис Озолиньш играл в НХЛ, вот я и…

– Болел за Шаркс?

– Не угадала, за Колорадо. Сейчас вот нет такой команды, которой сильно симпатизирую, однако плей-офф этого года был интересным, я за ним следил.

Как сейчас помню, что нам было сложно играть против Детройта, который на распасовках действительно очень круто давил. А те команды, что плелись в самом конце по очкам, были настоящим лакомством.

Играть против них было удовольствием.

Даже если сыграл одну игру в НХЛ, то значит, побывал на том льду

– А запомнилось что-то необычное, когда играл за Кингз?

Федор Лукьянов. Право знать!


– Есть один случай, который точно трудно забыть. Мы летели в Колорадо и когда стали приземляться, начался дождь, град, ураган.

В самолет ударила молния, пилот странно вывернул руль, и мы снова полетели наверх. Так было два раза, и все это время мы сидели под одеялами в небольшом шоке.

Конечно, все обошлось, но было очень неприятно.

– Постоянные перелеты – одна из трудностей, которая встречается при выборе профессии хоккеиста?

– Нет, есть гораздо более важные вещи. Считаю, что самое важное – это то, чем будешь заниматься после хоккея.

Сейчас я даже не могу придумать, чем буду заниматься по завершении карьеры.

Моя мечта – это открытие тафгайской школы.

– Такое возможно в Америке, да и то летом. Я не верю, что хоккей в КХЛ будет настолько напичкан тафгайскими элементами. Возьмем, к примеру, футбол.

В каких-то странах он никогда не будет первым видом спорта, так же как и силовая борьба в КХЛ, которую канадцы растили с самого возникновения хоккея. Кто-то уходит в бокс, знаю.

Но это не по мне, потому что не хочется больше получать тех жутких сотрясений, что были раньше.

– Когда-нибудь жалел о том, что стал тафгаем?

Это был мой билет в НХЛ — другого пути не было. Дебютные девять минут штрафа, а дальше ты сама знаешь. Сложно и не хочется говорить о травмах, которые были.

Они уже в прошлом.

– Ну и не будем их бередить. Лучше расскажи о своем первом впечатлении после переезда в США.

— 1997-й год, 16 лет, Канада. Я жил в семье, которая участвовала в одной из хоккейных программ. Интересно, но там это очень распространено. Я прожил с той семьей два года, и мы до сих пор ездим друг к другу в гости, очень хорошо общаемся.

Переезд в другую среду раскрыл меня, и я поменял очень много команд – десять или девять.

– Не потерял надежду попасть в НХЛ, пока бродил в поисках хорошей команды?

– Так ведь хороших команд много, и дело абсолютно не в этом. Когда играл в UHL, к примеру, я не мог прикинуть, что когда-нибудь выйду на лед в джерси одной из команд НХЛ.

Жизнь сама меняла мою карьеру: сначала Центральная лига, потом АХЛ и понемножку я пробился к самому подножью НХЛ.

— Не зря АХЛ считают бездонным болотом…

– Считаю, что это больше относится к молодым, потому что если игрок в течение пяти лет не вылезал из АХЛ, то на его карьере можно ставить крест, списать. Поколения меняются, появляются талантливые новички, понимаешь (разводит руками)?

– Не могу не спросить о том, какой сезон сам считаешь лучшим?

– Второй! Нет, третий! (Улыбается) Там и голы были, да и вообще все по-другому. Самым главным было доверие тренера, причем необязательно вне льда, а хотя бы на тренировках, играх.

Если оно у тебя есть, то это твоя волшебная палочка – все зависит только от тебя. Конечно, помню свой первый матч в НХЛ, ведь такое невозможно забыть.

Считается как? Даже если сыграл одну игру в НХЛ, то значит, побывал на том льду. И неважно, что другие скажут об этом.

Первые два периода волнуешься, а третий пролетает так, будто ты всю жизнь энхаэловец.

– А вот кто из тех, с кем ты начинал играть в детстве, пробился дальше?

– Да нас как-то совсем мало осталось, 1979-х, в Латвии: я и Рекис. Нельзя забыть Валеру Филимонова, но он сейчас на любительском уровне, а раньше был в Казахстане и Лиепае.

В КХЛ ни с кем не общаюсь, а лишь часто переписываюсь с Сашей Фроловым, причем на этом список заканчивается.

В Америке КХЛ заочно знают по ребятам из Витязя

– Поехать играть в КХЛ — сложное решение?

– Я не знаю, сложно ли было сюда вернуться, потому что в данный момент не совсем понимаю, что к чему, ведь нахожусь в Риге около трех дней. Если бы я был американцем или канадцем, мне было бы сложнее поехать играть в КХЛ.

А я все-таки родом отсюда, это ведь моя родина, поэтому откинуться на двадцать лет назад смогу без проблем. За КХЛ я следил совсем чуть-чуть, так что мне придется многое узнать.

Финал Кубка Гагарина я не видел, а лишь читал про него в прессе.

– А вообще какие-то видео КХЛ смотрел?

– Еще бы! КХЛ заочно знают по ребятам из Витязя. (Улыбается) Это все-таки не хоккей.

Они ведь до такого дошли, что лига ничего не могла сделать. В Америке это был настоящий шок, серьезно. А вообще о КХЛ я знаю мало, только читал в новостях о том,

что интересно сложился финал. Конечно, Знарок и Витолиньш – молодцы, смогли наладить контакт с игроками. Кстати говоря, в сборной я почти не участвовал.

Так сложились обстоятельства, что я смог поехать лишь один раз. Приятно, что приглашения играть в сборной я получаю практически постоянно, но мешают личные обстоятельства.

– Как бы ты вкратце описал себя для болельщиков?

– Люблю различные суши и самую обычную домашнюю курицу, стейк, рыбу. Сам умею и люблю готовить, если есть время. Могу гриль сделать, а если что-то посложнее, то спокойно открываю youtube и там есть миллион видео-уроков. Что еще о себе?

В музыке я непривередлив, но больше нравится что-то подвижное, танцевальное. Помню, в Лос-Анджелесе диджеем был Мэтт Грин, и он ставил свою музыку.

Сейчас живу в Саласпилсе, но в ближайшее время сниму квартиру поближе к арене, в которой будем тренироваться.

– Раз такая беседа пошла, то давай перейдем к тачкам.

– Ну, нет, тут я не лучший собеседник. Мне нравится ездить, но абсолютно все равно на чем. Как говорится – если не развалится, то доеду. Сейчас на папиной Тойоте езжу. В жизни я неагрессивный водитель и не любитель каких-то спортивных каров.

Я очень спокойный человек и у меня есть любимый мопс.

– Ну, как же без таких подробностей. В Динамо теперь есть два любителя мопсов: ты и Телльквист.

– Ты лучше спроси, как его зовут! (Смеется).

– ..?

– Борис!

– ?!

Очень нравится это имя, потому что когда называю его Бориска, в Америке говорят: Wow, what’s a different name!

– Вот это произношение у тебя!

– Мне нравится слушать английский язык, а говорить самому не очень. Вот американский – это да, по мне.

– У вашего тренера, Пекки Раутакаллио, суровый английский. Уже познакомились?

– Как-то за два дня сильно не познакомишься. (Улыбается) Время покажет, я ведь только приехал.

Силовая игра и форчекинг – это мое

– Сам можешь описать свой стиль игры? Плюсы, минусы?

– Спокойно. Могу сказать сразу, что, возможно, не буду отличаться великолепной результативностью и голами, но силовая игра и форчекинг – это мое.

– Любимые силовые приемы есть? Корпусных у тебя мало как-то.

Самым лучшим применением силовых считаю отбор шайбы. Мне не нравится просто так лупить кого-то. Зато, если на льду твоя тройка, и защитники команды соперника паникуют, проталкивая шайбу по борту – это круто!

Сейчас будет другая ситуация, ведь в КХЛ другой размер площадки и придется привыкать к этому.

– А вообще есть особенные ожидания от игры в Динамо? Раньше ведь были определенные задачи?

– Я тебе так скажу: я сам знаю свои задачи и понимаю, чего от меня ждут.

– А как насчет нашивочки С на груди?

– Ооо, это навряд ли. Я никогда не был капитаном и не знаю, как это делается.

– Что вы пожелаете болельщикам рижского Динамо?

– Я с ними еще совсем не знаком, но слышал, что они просто офигенные! Пожелаю им болеть так же от души и ни за что не забывать о нас.

Мы постараемся.

Читать о спорте еще…

Читайте также: