Владислав каменев: не хватает времени даже права получить

Владислав каменев: не хватает времени даже права получить

За 18-летним центрфорвардом магнитогорского Металлурга Владиславом Каменевым волей-неволей начнешь пристально следить, ибо играет он под необычным 99-м номером. В чемпионской Магнитке в некоторых матчах он уже выходит на лед во втором звене.

По итогам минувшего сезона Каменев так и не сыграл ни одного матча в плей-офф, а потому в его коллекции пока только одна награда – золотая медаль чемпиона России. Впрочем, для дебюта в КХЛ – это просто шикарный результат.

А в начале ноября Каменев может дебютировать в национальной сборной России. Во всяком случае, Владислав в числе других вызван на сбор в Новогорск.

Этот разговор с молодым дарованием Магнитки состоялся за день до первой игры с казанским Ак Барсом.

– Владислав, помните, в каком возрасте отец вас поставил на коньки?

— Помню, что это было в районе трех лет. У меня даже фотография с тех пор сохранилась, где я маленький с клюшкой ходил в коньках по дому.

– Сопротивлялись?

— Сейчас не помню, но думаю, что — нет.

– Каких успехов отец добился на хоккейном поприще?

– Он играл в Орске, в Носте. Не сильно долго, до 27 лет, рано закончил и пошел в тренеры. Меня тренировал. Фарм-клуб Орска тренировал, я тоже заодно с ребятами из этого фарм-клуба катался.

Потом, когда фарм-клуб расформировали, он взял 96-й год, и я там был.

– Какие элементы хоккея вам, будучи ребенком, удавались с большим трудом. Возможно, что не получалось на вбрасываниях, или плохо катались спиной вперед…

Владислав Каменев после Дании


– Помню, когда начали играть официальные турниры, мне скорости не хватало, силы в ногах. А сейчас под конец юношеской карьеры, когда к Соловьеву в Магнитогорск приехал, много с ним работали над ногами, стал чуть побыстрей.

– Страшно было переезжать из Орска в Магнитогорск в 12-летнем возрасте?

— Да нет, не сказал бы, что страшно. Напротив, легко. По родителям скучал, но не сильно.

Не было такого: мол, обратно домой хочу. Хотелось больше играть, и там, где в хоккей играют лучше.

Как это было? Однажды вечером отец пришел с работы домой и сказал: Сын, собирай чемодан, ты переезжаешь в Магнитку!?

– Мы просто посоветовалась. Отец позвонил своему хорошему знакомому – Виталию Соловьеву, попросил его, можно ли приехать на просмотр, и, получив одобрение, мы приехали сюда.

– Помните тот день, когда впервые Металлург увидели вживую?

– В первый год, когда сюда приехал. Почти на каждую игру старались приходить с парнями, которые в интернате жили.

Сразу после тренировки бежали смотреть игры Металлурга. Первые впечатления незабываемые – это был хоккей совсем другого уровня.

– У вас были варианты, помимо Магнитки, уехать, например, в Уфу, Казань, Москву, Челябинск?

– Как-то в Омске один раз сыграли, выиграли крупно, я много очков набрал. И перед следующим матчем мне тренер хозяев говорит: Не хочешь сюда переехать?. – Все вопросы к тренеру, то есть, моему отцу.

В итоге ничего не получилось. Магнитка ближе к Орску.

– Как мы успели заметить, вашим детским тренером на выпуске из СДЮСШОР был Виталий Соловьев, чье амплуа, как игрока – вратарь. Как вообще вратарь мог довести до ума центрального нападающего?

– Он очень грамотный тренер. Сколько его выпускников в Металлурге играют, которые выиграли и Кубок МХЛ, и Кубок Гагарина: Григоренко, Потехин.

Их вырастил.

– В этом сезоне вы уже сыграли за Металлург больше матчей, чем в прошлом. Чего не хватало тогда, и чего хватает сейчас, чтобы постоянно выходить в основном составе чемпионской команды?

– Наверное, больше уверенности стало, а также физически добавил. За лето постарался — поработал.

Только летом травма была небольшая, и поэтому на сборах с командой не был. Остался в Магнитогорске, и здесь выполнял тоже самое, готовился к сезону индивидуально. Слетал в Америку, посмотрел как там.

Кое-что подсказали.

– С Майком Кинэном работаете с прошлого сезона. Чему за это время вы научились у этого специалиста такому, что вам пригодится в дальнейшем?

– То, что надо становиться профессиональней, следить за своим здоровьем, правильней питаться, тренироваться.

– В этом сезоне вы часто выходите на лед в молодежной тройке, иногда с более опытными партнерами. Представляю, как вам хочется сыграть на месте Коваржа в звене с Мозякиным и Зариповым. Реально ли это?

Или вам не важно, в каком звене, лишь бы играть?

– Конечно, неважно, главное играть в основном составе. А с такими мастерами, мне кажется, всем бы хотелось поиграть.

Для этого надо много работать. У них понимание между собой вообще нереальное.

С Зариповым и Мозякиным даже на тренировках не играли?

Нет. В прошлом сезоне или на предсезонке выходил с ними в большинстве один раз. Понравилось, конечно.

Закрытыми глазами могут раздавать передачи.

– Трудно ли было переходить из юниорского во взрослый хоккей? В чем заключались сложности?

Здесь все намного быстрее, больше силовой борьбы, физически сильные ребята. Когда в столкновение идешь – все по-другому.

Не как в МХЛ.

– В КХЛ для вас есть неудобные защитники?

– Да нет, наверное. Это в нашей команде такие играют. Тот же Крис Ли – очень неудобный защитник (смеется). Витя Антипин.

Оба хорошо катаются, читают игру. Самые неудобные – это они.

– В силу молодости предсезонка вам давалась, наверное, проще, чем остальным партнерам по команде.

– У меня из-за травмы толком не было нормальной предсезонки, так что еще не почувствовал, каковы они – предсезонные сборы.

Из-за этого на старте чемпионата проблем не возникло?

– Пожалуй, нет. Летом индивидуально продолжал также интенсивно работать, приезжал на Арену Металлург и с 10 до 16 часов занимался с перерывом на обед.

– План подготовки на лето вам расписывали?

– Да. Майкл Пелино и Илья Воробьев перед тем как уехать с Металлургом на предсезонку оставили мне листов двадцать текста, что и как делать, чтобы быть в форме.

– На русском языке?

– Конечно.

– Кинэн перед этим сезоном разговаривал с вами индивидуально, поставил какую-нибудь локальную задачу?

– Был один разговор, говорил о том, что надеется на меня, о том, что я должен стремиться стать вторым центрфорвардом, должен стремиться попасть в первую пятерку, играть в ней вместо Коваржа.

– То есть, даже так! А Коварж об этом знает?

– Ну, мне просто сказали, чтобы я стремился к этому. Думаю, до Яна мне еще далеко.

– А с Коваржом вы в каких отношениях? Говорят, он русский язык хорошо подтянул, общаетесь?

– Конечно, общаемся. Рядом сидим в раздевалке. Отличный парень.

– Кстати, Майк Кинэн что-нибудь говорил про ваш 99-й номер?

– О Гретцки сразу вспомнил.

– Но он был не против?

– Думаю, нет. И потом, как мне кажется, уже привык к этому.

– Сам такой номер сознательно взяли?

– А я, как только в Магнитогорск приехал, здесь свободными оставались два номера: 18 и 99. И я взял последний.

И так он у меня остался.

– Либо Федоров, либо Гретцки…

– Да.

– Вообще можно сказать, что Гретцки — ваш кумир по жизни, или есть другие игроки, на которых вы бы хотели равняться?

– Мне нравилось, как играл Сергей Федоров. Здесь всегда смотрел за ним, любовался его мастерским катанием.

Очень нравился как игрок.

– С Федоровым не общались?

– Увы, нет. Не успел я к его времени в Металлурге.

– Вы ожидали, что на драфте КХЛ вас выберут именно под тем номером, под которым выбрали? Или все-таки думали, что этот номер может быть выше, а может, и ниже?

– Предварительно я был в первом раунде: 26-й или 29-й, — не помню уже точно. Ожидал, что выберут в первом раунде. Но слышал о том, что НХЛ боится высоко драфтовать россиян, думают, что они туда не поедут, останутся здесь.

Но все равно у меня высокое место.

– Выше, чем у Николая Кулемина.

– Ну, да. Я тоже об этом читал.

Очень рад, что меня задрафтовал Нэшвилл, чьи руководители интересуются, иногда мне звонит агент. Спрашивает, узнает, как дела.

– Если не секрет, когда в последний раз звонили?

– В сентябре, когда Металлург играл на выезде.

– Со своим агентом по-английски разговариваете?

– Нет. Он чуть-чуть по-русски разговаривает. Мой агент Ростислав Сагло.

Как получилось, что вы именно с ним стали вести свои хоккейные дела?

Я был в Египте, а вместе с ним работает напарник. Тоже там оказался. Играли в волейбол. Познакомились.

Он обо мне заранее знал. Затем через него связались с Ростиславом.

– Правда ли то, что вы могли остаться в Северной Америке уже в этом сезоне?

– Я знал, что моя игра понравилась генеральному менеджеру Нэшвилла, всем скаутам этого клуба. Не знаю, реально или нет было закрепиться в основном составе, но можно было попытаться.

– Что, прежде всего, вас удивило, когда оказались в тренировочном лагере Хищников?

– Там создана такая атмосфера, что, несмотря на конкуренцию, парни должны сплотиться, подружиться друг с другом. Мне даже говорили, чтобы я не общался с агентом по-русски, а постоянно говорил по-английски.

Чуть-чуть пытался.

– С кем-то из известных игроков Нэшвилла пообщались?

– Не было звезд. Из наиболее известных – Филипп Форсберг, который сейчас играет в Нэшвилле, набирает очки.

Нормальный парень, поддерживал меня. Хоть с английским не очень, но понимали друг друга.

– Вернувшись в Россию, поняли, в чем разница между хоккеем в НХЛ и в КХЛ?

– Там совсем другой хоккей: бросают шайбу в зону, и бегут за нее бороться. У нас разыгрывают, пока игроки раскатятся.

У них все быстрей, быстрей. Площадки еще маленькие, много бросков.

– В России тоже есть маленькие площадки. Насколько вам трудно на них играть в свой хоккей?

– Да мне нормально, не особо замечал трудности на маленьких площадках. Делаешь свою работу в нужном месте в нужное время.

Так что, мне без разницы.

– Минувшее лето было для вас необычайно насыщенным. Успели как-то отдохнуть?

– Перед драфтом НХЛ я слетал в Америку, прошел специальные тесты. Потом прилетел и сразу отправился в Турцию отдыхать с родителями.

Две недели там побыли, после чего я опять улетел на драфт. Перед тестами тоже поработал в Орске.

– Еще и в Орске работали? То есть, практически не отдыхали.

– Да так, чуть-чуть. Думаю, все так отдыхают. Пару недель на восстановление хватает.

– Чтобы вы хотели себе позволить в силу своей молодости, но не можете этого сделать, потому что вы профессиональный игрок, делающий первые шаги во взрослом хоккее?

– Права получить, наверное (смеется). Времени на это не хватает. А так мне нравится, что у меня каждый день происходит одно и то же: утром на тренировку, потом домой.

Иногда с ребятами сходим в кино, когда свободное время появляется.

– Как выбираете фильмы?

– Комедии больше люблю, смешные фильмы.

– В поездках как свободное время проводите?

– Тоже фильмы смотрю.

– Какой бы фильм порекомендовали посмотреть?

– Из последних – День драфта про американский футбол. Мне очень понравился. Многое узнаешь.

Из того, что увидел, кое-что сам проходил, когда меня выбирали на драфте.

– Похоже?

– Да.

– Вообще, какие впечатление от драфта НХЛ остались?

– Он поразил своими масштабами. На стадионе собралось более десяти тысяч болельщиков. Называют игрока, его встречают возгласами и аплодисментами.

Не представляю, что на игре творится, когда на стадионе собирается по двадцать тысяч человек.

– Алексей Кайгородов в период своей недолгой заокеанской карьеры в Оттаве был удивлен тем, что его даже тамошние таксисты узнавали. На драфте незнакомые люди вас узнавали?

– Нет, не узнавали.

– Девушка есть?

– Нет.

– Времени не хватает?

– Можно и так сказать.

Многие спортсмены заядлые охотники и рыболовы…

– Домой приезжаю в Орск, тоже со знакомыми на рыбалку ездим, можно порыбачить.

– Получается что-нибудь поймать?

– Конечно, хорошо, когда сидишь с удочкой над водой, и у тебя клюет. А когда просто долго сидишь, и ничего не ловится, — такая рыбалка не нравится.

– Что вам может помешать вырасти в хорошего хоккеиста?

– Ничего, мне кажется, потому что я сосредоточен только на хоккее, иных мыслей в моей голове нет. Никаких гуляний.

Как часто смотрите хоккей по ТВ?

– Дома включаю КХЛ-HD. Регулярно смотрю, особенно если играют сильные соперники или просто матч интересный.

Отдаете предпочтение российскому хоккею?

– Матчи НХЛ тоже смотрю, нарезки интересных моментов. Слежу за Нэшвиллом, Вашингтоном, Питтсбургом, Айлендерс, в общем, за теми командами, где наши играют.

– Ваша фамилия попала в расширенный список национальной сборной на первый этап Евротура. Хотели бы дебютировать в главной команде страны уже в ноябре?

– Конечно. Думаю, любой молодой игрок на моем месте также бы ответил.

В таком молодой возрасте такой великолепный шанс.

– По итогам минувшего сезона какие награды теперь есть в вашей коллекции?

Медаль чемпиона России, а вот копии мини-Кубка Гагарина и золотого свитера у меня нет.

– У вас на этот год, получается, гораздо более серьезная мотивация: впервые в карьере выиграть Кубок Гагарина.

– Приложу максимум усилий вместе с командой, чтобы достичь этого результата.

– Кто из родственников чаще всего приезжает из Орска в Магнитку на хоккей?

– Родители в Орске живут, но они иногда приезжают на игры. В свободное время, если у отца нет тренировок.

Если не получается, — смотрят хоккей по телевизору. Мой дедушка Владимир Владимирович очень любит хоккей, он может два-три раза пересмотреть один и тот же матч.

– Дед в вашей семье – самый заядлый болельщик?

– Да. Он и в Магнитогорске был на хоккее. Один раз приезжал сюда.

В этом сезон родители раза три-четыре приезжали.

– В бытовых условиях все нормально?

– Да. Живу на базе команды, мне там все нравится. Осталось только права получить.

Источник: www.kbmmg.ru

Читать о спорте еще…

Читайте также: